Андрей Антоненко: Допускаю договоренности Авакова и Путина для дискредитации ССО и ВСУ

Андрей Антоненко о том, с чем связана “оттепель” в политически мотивированных уголовных производствах против украинских патриотов, кто в его деле самый большой “черт”, почему прокуроры и служители Фемиды говорили в суде “заклинания”, каковы они – творчество и служба в ССО в заключении, какой финал будет иметь этот судебный процесс и еще многом интересном.

Андрей Антоненко “Риффмастер” дома уже две недели – после 506 дней пребывания за решеткой по абсурдному, как он говорит, обвинению в организации убийства журналиста Шеремета. Творческая натура, музыкант и поэт Риффмастер до сих пор переполнен радостными эмоциями по поводу изменения ему меры пресечения. Такое впечатление, что за полтора года тюрьмы Рифф придумал множество эпитетов для своих обидчиков (прежде всего министра внутренних дел и прокуроров) – и теперь в разговоре хочет выплеснуть их все. Журналисты издания  Новинарня беседовали с Антоненко в его квартире на Старовокзальной, где Андрей отбывает круглосуточный домашний арест. Гости, журналисты, защитники, друзья Рифа проходят через это яркое помещение бесконечным потоком. Еще бы, “дело Шеремета-Антоненко” с декабря 2019-му стало самым резонансным в украинском информационном пространстве, под лозунгом FreeRiff объединились тысячи людей. Жена бесшумно подает завтрак, забегает племянник, кот и собакен с таким же “весенним” настроением.

Новинарня” не первая взяла интервью у Рифа после его выхода из тюрьмы, но журналисты издания постарались сделать этот разговор оригинальнее и опубликовать поскорее. Вот вам результат: музыкант, военнослужащий пресс-службы Сил специальных операций, волонтер медицинского госпиталя Андрей Антоненко рассказывает о том, с чем связана “оттепель” в политически мотивированных уголовных производствах против украинских патриотов, кто в его деле самый большой “черт”, почему прокуроры и служители Фемиды говорили в суде “заклинания”, каковы они – творчество и служба в ССО в заключении, какой финал будет иметь этот судебный процесс и еще многом интересном.

“Аваков – черт. Но не только он”

– Андрей, когда вам смягчили меру пресечения, адвокат Станислав Кулик сказал, что начинается непростое время, потому что возможны провокации со стороны правоохранителей, чтобы вернуть вас под стражу. Как сейчас, все спокойно?

– Тьфу-тьфу-тьфу, пока провокаций не было. Но это только начало. Все может произойти. За эти полторы недели ни разу полицейские не наведывались.

С браслетом тоже проблем нет. Однако сама проблема – это браслет. Он нормально себя чешет, заряжается, держит. Но его ношение – это проблема.

Андрей Антоненко с электронным средством контроля (браслетом) во время интервью “Новинарні” – показывает тату со звездой Давида

– Но быть дома с контролирующим браслетом лучше, чем в тюрьме – без браслета. Как думаете, почему вас выпустили именно теперь, после 506 дней за решеткой? И почему меры ослабили многим арестованным людям из патриотической среды?

– Мне как законопослушному гражданину хочется верить и думать, что все же сработала законность и логика. Но это вряд ли. Видимо, все же прокурор Тишин задолбался врать и озвучивать эти копипасты.

Помните, как в фильме “Собачье сердце”? “Москвошвея! Москвошвея! – Абырвалг! Абырвалг!” Так и у нас прокурор Тишин и судьи говорили какими-то заклинаниями. Эта ахинея не имела ничего общего со здравым смыслом.

Предполагаю, что все настолько зашло в глухие и тупые углы, что они не могли дальше врать и выдумывать глупости.

Было показательно, как в заседании судья говорит, что за мной закреплены автомат и пистолет. И здесь Тишин восклицает: “Да еще и патроны к нему, патроны!” Мама дорогая, так еще же и патроны!.. Ну, все, езжайте в СИЗО и думайте о патронах.

Уж страна все поняла. Даже те, кто меня не знал, давно убедились, что на видео (доказательство следствия, где зафиксирован проход людей, которые якобы закладывали взрывчатку под авто Шеремета – “Н”) – другие люди, и никто из нас не причастен к преступлению. Абсурд абсурдом погоняет. “Абырвалг!” Но должен быть этому конец.

Андрей Антоненко во время интервью “Новинарні”

– В марте министр Арсен Аваков в программе Гордона заявил, что после проведения еще нескольких следственных действий генпрокурор примет решение о дальнейших шагах в расследовании относительно заказчиков убийства Шеремета. Какими эти шаги могут быть, по вашему мнению? Возможно ли появление новых подозреваемых из волонтерскими-ветеранской общественности?

– Думаю, это лишь сотрясение воздуха. Крик в никуда, чтобы сымитировать свою деятельность, которой не было с самого начала.

На эту тему: Дело Шеремета: Аваков – лжец, “доказательства” – сфабрикованы?

– А что это тогда было?

– Было махание шашкой и воспроизведения какой-то несуществующей реальности в украинском обществе. У меня такое впечатление, что я побывал в зазеркалье. После брифинга в МВД 12 декабря [2019] возникла черная дыра, а потом кто-то поперхнулся и выплюнул меня в нормальную жизнь. Некий “ментовский Посейдон”.

В квартире Рифа во время интервью

На эту тему: Вбивство Шеремета: слідство підозрює 5 осіб. Але справа, схоже, сфальсифікована заради збереження Авакова (ВІДЕО)

– Какими могут быть следующие шаги министра Авакова, учитывая политическую целесообразность?

– Сейчас ему политически целесообразно подать в отставку. Или полностью прекратить преследование патриотически волонтерского движения. Это как минимум.

Это напоминает советский мультик, когда волк с вороной украли зайчат, а когда снеговик волка прижал, то говорит: “Я виноват, виноват. Вот шубка, вот валеночки”. А ему отвечают: “Зайчат верни!..”

– Аваков – черт?

– Конечно!

– Кто для вас еще “черти” в этом деле, из-за которых вы более 500 дней оставались за решеткой? Министр, следователь, президент, прокурор, Россия? Имена, должности?

– Их много. Можно начинать от генерала полиции Евгения Коваля, продолжать следователями Нацполиции Василием Бырком и Алексеем Катынским, младшим составом, экспертами КНИИСЭ Юрием Ирхиным и Александром Рувиным. Надо добавить бывшего генпрокурора Рябошапку и всех товарищей с брифинга, а также тех правоохранителей, которые подписывали процессуальные документы.

Андрей Антоненко во время интервью “Новинарні”

“О заказчике убийства меня так и не спрашивали”

– Побуждали ли вас признаться в убийстве Павла Шеремета?

– Нет, от слова “совсем”. Никогда.

– И ни разу не спросили, кто заказчик убийства?

– Ага. Это странное и нехарактерное поведение для следственных органов.

Помните, как в фильмах – как правило, начинается нависание над задержанным со словами: “Признайся, вот тебе соглашение, сдай заказчика …” А здесь никакой даже попытки не было!

На мой взгляд, они изначально знали, что мы не имеем никакого отношения к убийству Шеремета. Однако публичных людей напаковали исключительно для того, чтобы зафигачить резонанс и дискредитировать военно-волонтерское движение.

– В чем проявлялось недоверие следователей к официальной версии обвинения о вашей вине?

– «Не парься, все будет хорошо, на концерте увидимся” – такие были фразы подполковника Алексея Катынского. Он и у меня обыск проводил, и у Леонида Маслова (ветеран АТО, свидетель защиты, владелец адвокатского бюро “Смысл Консалтинг”, чьи адвокаты защищают Антоненко – “Н”). “Этот Маслов, скотина”, – любил говорить подполковник и нецензурно ругаться. То Катынский приехал ко мне, был еще с перегарчиком, и говорил: “Я нормально к вам отношусь, я ничего, а Маслов мне …” Через день включаю телевизор и вижу, что у Лени – обыски. Что это, как не месть?!

Этот Катынский также был в группе следователей по Вите Заверухе. Это оттуда прилетел мотив о “величии арийской расы». Помню, был адвокат Виталий Галенченко рядом со мной в ИВС, в уголке стоял Катынский и говорил: “Андрюха, а что ты напрягаешся? Это вам вообще из другого дела прилепили”. И смеется. Представляете, ему смешно! То есть человек сам признался в фальсификации производства.

(Следователь Алексей Катынский – фальсификатор “дела Шеремета” в интересах Арсена Авакова и, вероятно, ФСБ РФ – Аргумент).

– Устанавливали ли за вас “белорусский след” в убийстве Павла Шеремета? Ведь обнародованы аудиозаписи, на которых белорусские КГБиста обсуждали ликвидацию журналиста еще в 2012 году.

– Вообще не устанавливали через нас ни “белорусский след”, ни “казахстанский”, ни “моссадовский”. Это для нас также было неожиданностью.

– Все-таки, по вашему мнению, кто убил Шеремета и зачем?

– Не имею понятия. Не могу даже ни одной мысли допустить.

Мог бы, если бы знал человека по жизни, что-то о его профессиональной деятельности и круге общения. А кто такой Павел Шеремет, я и не знал бы, если бы все это не началось.

– Бывший генпрокуророр Шокин заявил, что убийство Гонгадзе и убийство Шеремета – дело рук одного человека, а уши убийц торчат в России. Как на счет “русского следа”?

– Я думаю, что в этом больше смысла, чем в том, что происходит в отношении нас. Хоть какая-то логика есть.

– Вы уже высказывали мнение, что первый брифинг в МВД по “делу Шеремета” – это “информационно-психологические спецоперации, классика по российскому шаблону”. Объясните еще раз о “российском ИПСО”.

– Я думаю, что там было привлечение Российской Федерации с учетом того, как все клепалось и происходило. Связываю это с тем, что незадолго до этого на “нормандскую встречу” приезжали и Аваков, и Путин. Завербовал ли Путин Авакова? Не обязательно вербовать. Выдвигаются определенные условия. Никто не знает, какие на самом деле договоренности подписывались.

Перед той встречей мусолилась история о том, как может лететь Аваков, если у них с Путиным конфликт, и наш министр находится в розыске в России? А здесь удивительным образом полетел. И бегал сияющий министр с довольным лицом.

ПОЭТОМУ Я ДОПУСКАЮ, ЧТО БЫЛИ ДОГОВОРЕННОСТИ ПО ДИСКРЕДИТАЦИИ ИМЕННО ВООРУЖЕННЫХ СИЛ УКРАИНЫ.

Вот они и взяли меня – известное медийное лицо Сил специальных операций – и ударили по имиджу структуры.

“В тюрьме организм поставил задачу – выжить. Там не до творчества”

– Были ли в тюрьме время и желание заниматься музыкальным творчеством? Новые песни написали?

– Нет. Песни не писал. В целом это очень трудно, потому что нужно сосредоточиться. А в стрессовом состоянии, наоборот, понаставлялись блоки.

Понимаете, организм поставил задачу – выжить. Как физически, так и ментально. Поэтому все силы уходили на занятия спортом, поддержку здравого смысла и здорового образа жизни. Такой экстрим.

На эту тему: Вероятный убийца Павла Шеремета и агент ФСБ приближен к Авакову и дружит с сыном министра

Поэтому мои родные говорят: “Тебе должны зачислить курс выживания, потому что ты его прошел в полном смысле этого слова”.

– Демонстрировали ли полицейские во время допросов негативное отношение к вам как к военному?

– Нет. Относились так, словно мы друзья с детства.

Правда, была разовая история. На один из первых допросов пришла следователь Ангелина Никитченко. Разговор был ни о чем. Далее я у нее интересуюсь: “Вы что, не видите, что человек [на видеозаписи] иной по телосложению? С такой жопой, короткие толстые ноги, большая грудь. У меня же совсем другая фигура …”

Мои адвокаты вообще предполагают, что это мужеподобная женщина с наклеенной бородой. И утром тоже она выслеживала авто Шеремета перед взрывом, следствие ее назвало “неустановленным подрывником”. По росту – один в один с тем, кто закладывал взрывчатку, и принт на спине одинаковый. Полиция не отрицает, что я имею алиби на то злосчастное утро – был у себя в квартире.

Тогда я спросил у Никитченко, почему меня держат под стражей? А она прямо в лоб отвечает: “Потому что вы нацист!”

Я офигел. Показываю свою татуировку на ноге со звездой Давида и говорю: “Ангелина, у всех нацистов есть такая татуировка?”

Она как стояла, так назад пошатнулась, медленно села, смотрит на меня, а у нее слезы на глазах выступают. Видимо, что-то сломалось в ней. “Цепка спала”, как говорится …

– Бывший военный прокурор Виктор Чумак недавно признал, что доказательная база против вас сомнительна, а генпрокурор Рябошапка даже не знал материалов дела, когда на брифинге назвал вас “лицами, совершившими убийство”. Чумак и Рябошапка свидетельствуют на стороне защиты – как вам такое?

– Рябошапка с Чумаком испытывают угрызения совести и хотят вернуться в большую политику.

Сейчас они не на должностях и начали рассказывать правду о том, что это дело вообще не должно было быть в суде, что внезапно заменили прокуроров, которые за сутки выучили 200 томов, а это физически невозможно. Они должны были снять с нас все обвинения и закрыть это дело.

Даже прокурор Сергей Зузак ушел из дела, потому что видел, что нет никаких доказательств причастности. Это не предположение. Я спрашивал, как же так, что из дела ушел Сергей Александрович, прокурор-флагман? Говорят, что больше не хочет поддерживать это липовое обвинение.

Подождите, Рябошапка получил премию от Госдепа. Если бы Джо Байден узнал, что он здесь сотворил, то как бы отреагировал? Вот мне интересно.

Отставки [Рябошапки] мало, чтобы отмыться от брифинга. Это дело обоим закрывает возвращения в политику. Избиратели просто так не забудут попытку привлечь заведомо невиновных людей к уголовной ответственности.

На эту тему: Виктор Чумак: Справа Шеремета – это политическое давление и произвол

“Движение “Free Riff” объединило людей, как Майдан. Нужно сохранить это единство”

– Пока вы были под стражей, появился” Правотворець” – база данных на прокуроров, следователей, судей и других лиц, причастных к политически мотивированным уголовным преследованиям. Это эффективный проект?

– Однозначно! Это как крест или солнышко для вампиров – они начинают дымить, пузырями покрываться. Правоохранителей начинает плющить от попадания в базу. Вот что крест животворящий делает! Я думаю, что от наших фамилий прокуроров и следователей МВД еще долго будет трясти.

– Ожидали ли вы, что движение “Free Riff” будет таким массовым, объединит разные политические силы?

– Я очень счастлив, что оно есть! Но на самом деле лучше бы этих событий не было. Все жили своей жизнью. Я бы просто ходил на службу и играл бы песни. Но если это уже случилось, то, конечно, я горжусь, что поддержка такая большая! Это говорит о том, что наш народ все же мудрый, классный и мужик. И когда люди видят реальную несправедливость, они не молчат.

Радуюсь тому, что хотя бы такая беда объединила нас всех. Далее должны сделать так, чтобы не давало это дело трещину в украинском обществе. У нас сейчас не менее крутое, возвышенное и дружеское объединение, чем Майдан. Если откровенно.

– Юлия Кузьменко уже баллотировалась в Верховную Раду от партии “Европейская солидарность”. А у вас случайно не появились политические амбиции?

– Нет. У меня единственная амбиция – возвращение на службу и вручение мне офицерских погон. Я их еще не получил, хотя и должен. Не удалось получить диплом о высшем образовании, поскольку меня арестовали перед последним учебным семестром. В институте объяснили, что они просто испугались присутствия политиков на брифинге и выбросили меня из обучения.

Андрей Антоненко во время интервью “Новинарні”

“Командование ССО поддерживает по максимуму меня и мою семью”

– Вы действующий военнослужащий Сил спецопераций, сержант. Поддерживали ли ССО вас в заключении? Сохраняется ли армейская зарплата?

– Мера пресечения в виде круглосуточного домашнего ареста, по нормативным актам, считается отсутствием на службе по уважительным причинам. Но денежное содержание не начисляется. Яне Дугар тоже срезали зарплату, несмотря на то, что она на личном обязательстве.

– Откуда вы и семья берете финансовые ресурсы при аресте? Из каких средств оплачиваете адвокатов?

– Помогали люди, как могли. И помогают.

Жена Светлана потеряла работу из-за моего ареста. Но мое командование поддерживает по максимуму меня и мою семью, пока я был под стражей. Всеми законными способами. За это я очень благодарен. В детали не буду вдаваться.

Руководитель пресс-службы ССО ВСУ Алексей Никифоров (на переднем плане) с Андреем Антоненко в зале суда. Подполковник почти не пропускал судебные заседания по делу своего подчиненного, оказывая ему моральную поддержку. Фото из ФБ

“Может быть полное оправдание, но его будут растягивать на годы”

– Какую роль в вашем деле играет суд присяжных?

– Такую, как им говорят. Бумажку пришла, и они играют этот “спектакль”: “Дело Шеремета. Антоненко. Акт третий. Сегодня у нас военный билет, автомат и пистолет. И патроны? И патроны …”

– Каким вы видите дальнейшее судебного процесса по вашему делу?

– Несколько вариантов. Может быть полное оправдание, но его будут растягивать во времени на годы. Но более вероятно закрытие дела и отказ от поддержки обвинения против нас.

– Считаете, это более вероятно?

– Это более логично.

Целесообразен следующий сценарий: увольняются все, кто участвовал в обвинении. Прокурор Тишин выходит и говорит: “У меня есть совесть. Это все не я, меня попросили …”

Андрей Антоненко во время интервью “Новинарні”

– Что вы хотели бы сказать Авакову?

– Ничего.

– А Зеленскому?

– При встрече скажу.

Екатерина Петренко – журналист, Сергей Терещенко – фотограф, Дмитрий Лиховий – редактор;  опубликовано в издании Новинарня

 

Be the first to comment

Leave a Reply